Ссылки


Rambler's Top100

Rambler's Top100

Последние новости

Популярное

Глава 2 грядущие муки E-mail
Глава вторая

Грядущие муки и радости


§ 155. Небытие. будущая жизнь

958. Почему у человека инстинктивный ужас перед небытием?
“Потому что небытия нет.”

959. Откуда берется у человека инстинктивное предчувствие будущей жизни?
“Мы уже сказали: перед этим его воплощением дух его знал все, и душа сохраняет смутное воспоминание о том, что она знает и видела в духовной своей жизни.” (См. № 393).

Во все времена человек заботился о своем загробном будущем, и это более чем естественно. Какое бы значение ни придавал он текущей жизни, он не может не видеть, сколь она коротка, хрупка и уязвима, поскольку может оборваться в любой миг, и он никогда не может быть уверен в своем завтрашнем дне. Чем же он становится после рокового мига? Вопрос серьезен, ибо речь идет не о нескольких годах, но о вечности. Тот, кто должен провести долгие годы в чужой стране, беспокоится о том, какое положение он там займет; так как же нам не заботиться о положении, нас ожидающем по оставлении этого мира, ибо это будет навсегда? Идея небытия имеет в себе нечто отталкивающее, отвращающее разум. Человек самый беззаботный при жизни, приближаясь к последнему мигу, спрашивает себя, чем он станет, и невольно надеется. Верить в Бога, не допуская мысли о грядущей жизни, есть бессмыслица. Предчувствие лучшей жизни отыскивается во глубине душ всех людей; и Бог не мог поместить его там понапрасну. Будущая жизнь означает сохранение нашей индивидуальности после смерти. В самом деле, что значило б для нас пережить свое тело, если нашей нравственной сущности суждено потеряться в океане бесконечности? Последствия этого для нас были бы равнозначны небытию.

§ 156. Предчувствие грядущих мук и наслаждений

960. Откуда берется встречающаяся у всех народов вера в грядущие муки и награды?
“Это все то же самое: предчувствие реальности, сообщаемое человеку воплощенным в нем духом, ибо, толком ведайте это” не напрасно некий внутренний голос говорит вам: ваша ошибка в том, что вы недостаточно слушаете его. Если б вы часто думали об этом, вы стали бы лучше.”

961. Какое чувство преобладает у большинства людей в миг смерти; сомнение ли это, боязнь или надежда?
“Сомнение у закоренелых скептиков, боязнь у виновных, надежда у людей добра.”

962. Почему есть скептики, если душа сообщает человеку предчувствие вещей духовного порядка?
“Скептиков гораздо меньше, чем полагают; многие притворяются при жизни вольнодумцами из гордыни, но в миг смерти они не так уж храбры.”

Будущая жизнь спросит с нас за все наши поступки. Разум и справедливость говорят нам, что в распределении счастья, к коему стремится каждый человек, добрые и злые не могут смешаться. Бог не может желать того, чтобы одни без труда пользовались благами, коих другие достигают лишь благодаря усилиям, труду и настойчивости. Понятие, какое Бог дает нам о Своей справедливости и доброте в мудрости Своих законов, не позволяет нам думать, будто справедливый и злой в глазах Его равноценны, и сомневаться в том, что однажды они получат один награду, другой наказание за добро и зло, ими содеянные. И поэтому врожденное предчувствие справедливости, в нас имеющееся, дает нам наитивное знание о будущих муках и наградах.

§ 157. Вмешательство божие в распределение мук и наград

963. Занимается ли Господь лично каждым отдельным человеком? Не слишком ли Он велик и не слишком ли мы малы для того, чтобы каждая человеческая личность имела значение в Его глазах?
“Бог занимается всеми существами, коих Он создал, как бы ни были они малы; ничто не может быть слишком мало для Его доброты.”

964. Нужно ли Богу заниматься каждым из наших поступков, чтобы вознаградить нас или нас наказать, и не будет ли большая часть этих поступков для Него незначительна?
“У Бога свои законы, управляющие всеми вашими поступками: если вы законы эти нарушаете, то это ваша вина. Несомненно, когда человек переходит меру, впадает в крайность, Бог не произносит над ним приговор, говоря ему, к примеру: „Ты был чревоугодник, за это Я накажу тебя"; нет, вместо этого Он начертал всему определенный предел. Болезни и зачастую смерть суть последствие излишеств и крайностей. Вот вам и наказание: оно есть результат нарушения закона. И так происходит во всем.”

Все наши действия подчинены законам Божиим; нет ни одного из них, сколь бы незначительным оно нам ни казалось, которое не могло бы быть их нарушением. И если мы подвергаемся последствиям этого нарушения, мы должны пенять за это лишь на самих себя, ибо мы таким образом делаемся кузнецами своего грядущего счастья или несчастья. Истина эта делается ощутимой с помощью следующей притчи: “Отец дал сыну для обработки поле и говорит: „Вот тебе правило, как поле обрабатывать, и все инструменты, необходимые для того, чтобы сделать это поле плодородным и обеспечить свое существование. Если ты будешь держаться наставлений, которые я тебе дал, то поле твое родит много и обеспечит тебе покой в старости: в противном же случае оно не родит ничего, и ты умрешь с голоду". Сказав это, он оставляет его поступать по своему усмотрению”. Не правда ли, поле это будет плодоносить в зависимости от трудов, потраченных на уход за ним, и что всякое небрежение будет в ущерб урожаю? Сын, стало быть, на старости лет будет счастлив или несчастен смотря по тому, следовал ли он правилу, преподанному ему отцом, или им пренебрег. Господь же еще более предусмотрителен, ибо всякий миг Он предупреждает нас, добро или зло мы совершаем: Он посылает нам духов, чтобы те направили нас, но мы не слушаем их. Есть еще и то различие, что Бог всегда дает человеку возможность в последующих существованиях исправить свои былые ошибки, тогда как сын, о котором мы говорим, возможности такой, если он дурно распорядился своим временем, не имеет.

§ 158. Природа грядущих мук и наслаждений

965. Имеют ли муки и услады души после смерти в себе нечто материальное?
“Оне не могут быть материальными, поскольку душа не есть материя: сам здравый смысл говорит вам это. Эти муки и услады не имеют в себе ничего плотского, и все же оне в тысячу раз живее тех, какие вы ощущаете на земле, поскольку дух, раз освободившись из материи, делается гораздо более впечатлительным. Материя более не притупляет его ощущения.” (См. №№ 237-257).

966. Отчего человек зачастую составляет себе о страданиях и наслаждениях будущей жизни понятия столь грубые и глупые?
“Ум еще весьма слабо развит. Разве ребенок понимает так же, как взрослый? Впрочем, это зависит еще и от того, чему его научили, — и здесь-то и имеется наибольшая нужда в реформе... Язык ваш слишком неполон, чтобы выразить то, что находится вне вас; и тогда-то и понадобились сравнения, а вы эти образы и фигуры приняли за реальность; но по мере того, как человек просвещается, мысль его понимает вещи, какие язык его не может выразить.”

967. В чем заключается счастье добрых духов?
“Знать все и вся: не иметь ни ненависти, ни ревности, ни зависти, ни тщеславия, ни какой другой страсти, составляющей несчастье людей. Любовь, соединяющая их, для них источник высшего блаженства. Они не испытывают ни потребностей, ни страданий, ни терзаний материальной жизни; они счастливы тем, что творят добро. В общем же счастье духов всегда соразмерно степени их продвинутости. Правда, лишь чистые духи наслаждаются высшим блаженством, но ведь и все прочие отнюдь не несчастны. Между теми, что дурны, и теми, что совершенны, есть бесконечное множество степеней, в которых радости и наслаждения соответствуют состоянию их нравственности. Достаточно продвинутые понимают счастье идущих впереди них, они стремятся к нему, но для них это предмет соревнования, а не зависти. Они знают, что лишь от них самих зависит достичь этого, и трудятся ради этой цели со спокойствием чистой совести, и они счастливы, что им не надо претерпевать страдания, коим подвергают себя те, кто плохи.”

968. Вы ставите отсутствие материальных нужд в число условий счастья духов; но не правда ли, удовлетворение этих потребностей является для человека источником наслаждений?
“Да, наслаждений зверя; и когда ты не можешь. удовлетворить эти потребности, то это уже пытка.”

969. Что следует разуметь, когда говорят, что чистые духи соединены в лоне Божьем и занимаются тем, что поют Господу хвалы?
“Это аллегория, обрисовывающая их разумение совершенств Господних, поскольку они видят Его и Его понимают, но эту аллегорию, как и множество прочих, ни в коем случае не следует понимать буквально. Все в природе, начиная от песчинки, от атома, славит, поет, т. е. выражает собой всемогущество, мудрость и доброту Господню. Но не вздумай верить, будто сонмы блаженных духов пребывают вечность в созерцании. Такое счастье было бы глупо и однообразно; помимо того, оно было бы эгоистично, поскольку их существование оказалось бы бесконечной бесполезностью. У них нет больше терзаний, сопровождающих существование в теле, — а уже только одно это наслаждение. И затем, как мы уже говорили, они знают и понимают все и вся. Они применяют ум, ими наработанный, на то, чтобы помочь прогрессу других духов, — это и есть род деятельности, коему они отдаются, и он в то же время — источник духовных удовольствий.”

970. В чем заключаются страдания низших духов?
“Они так же разнообразны как и причины, их произведшие, и соразмерны степени несовершенства духов, как их наслаждения соразмерны степени их совершенства. Страдания их можно свести к следующему: завидовать во всем, чего не достает им самим, чтобы быть счастливыми, и не мочь достичь этого: видеть счастье и не мочь его добиться; это сожаление, зависть, ярость, отчаяние в отношении того, что не дает им быть счастливыми; угрызения совести, невыразимая моральная напряженность. У них вожделение всех наслаждений и невозможность их удовлетворить, и это составляет их главную муку.”

971. Влияние, которое духи оказывают друг на друга, всегда ли оно положительно?
“Всегда хорошо со стороны духов добрых, это ясно само собой; но духи порочные стремятся своротить с пути добра и раскаяния тех, кто, как они считают, подвержены их влиянию и кого они часто влекли ко злу при жизни.”

— Таким образом, смерть не освобождает нас от искушения?
“Нет, не освобождает, но все же влияние злых духов на прочих духов значительно меньше, чем на людей, потому что духам не пособляют материальные страсти.” (См. № 996).

972. Как злым духам все-таки удается вводить прочих духов в искушение, если страсти последних не оказывают им в этом поддержки?
“Если страсти и не существуют материально, у духов отсталых оне все-таки еще наличествуют в их мысли; и злые в них эти мысли поддерживают, завлекая свои жертвы в те места, где оне могут увидеть бушевание этих страстей и все то, что может возбудить их.”

— Но к чему эти страсти, если оне не имеют под собой реальной почвы?
“Именно в этом их наказание, мука, казнь, если угодно: скупец зрит золото, коим он не может обладать; распутник — оргии, в коих он не может принять участия; честолюбец — почести, которых он желает и которыми не может насладиться.”

973. Каковы самые большие страдания, которые могут претерпевать злые духи?
“Нет возможности дать описание нравственным мукам, коие являются наказанием за некоторые преступления; даже тому, кто терпит их, было бы затруднительно дать вам о них понятие: но, бесспорно, самая страшная из них заключается в мысли о том что он осужден безвозвратно и что претерпеваемое им будет длиться вечно.”

О муках и страданиях души после смерти человек составляет себе понятие более или менее высокое в зависимости от состояния своего ума. Чем более ум его развит, тем чище и свободнее от материи это понятие: он понимает вещи с более рациональной точки зрения, — он перестает буквально понимать стилистические фигуры образного языка. Более просвещенный разум, научая нас тому, что душа есть существо чисто духовное, говорит нам тем самым, что она не может быть затронута впечатлениями, воздействующими лишь на материю. Но из этого не следует, что она свободна от страданий и не получает наказания за свои ошибки. (См. № 237). Спиритические сообщения показывают нам будущее состояние души не как какую-то теорию, но как действительную реальность. Они полагают перед нашими глазами все перипетии загробной жизни: в то же время показывают их нам как совершенно естественные последствия жизни земной. Освобожденные от фантастического обличия, созданного людским воображением, они не делаются от того менее мучительны для тех, кто дал плохое употребление своим способностям. Бесконечно разнообразие этих последствий, но основное правило, можно сказать, таково: каждый наказан в том, в чем он грешил. Так получается, что наказанием для некоторых будет непрестанно видеть зло, ими совершенное: наказание для других в том, чтобы испытывать угрызения совести, страх, стыд, сомнение, одиночество, темноту, разлуку с теми, кто дорог им, и т. д.

974. Откуда происходит учение о вечном огне?
“Всего лишь образ, принятый, как и многое другое, за действительность*.”

— Но разве не может страх перед вечным огнем иметь хороший результат?
“Посмотрите же, многих ли он удержал, хотя бы среди тех, кто учат тому других. Если вы учите вещам, коие разум позднее отбрасывает, то впечатление, производимое вами, не может быть ни прочным, ни благотворным.”

Человек, будучи бессилен выразить своим языком природу этих страданий, не нашел более энергичных сравнений, чем сравнение с огнем, ибо для него огонь являет собой самый жестокий тип пытки, а также символ самого энергичного действия. Вот почему вера в вечный огонь восходит к самой глубокой древности, а современные народы унаследовали ее от народов древних; вот почему также принято говорить — „огонь страстей", „сгорать от любви, от ревности" и т. д., и т.п.

975. Понимают ли низшие духи счастье праведного?
“Да, и это также составляет их муку; ибо они понимают, что лишены его по собственной вине. Вот почему дух, освобожденный от материи, стремится к новому физическому воплощению, ведь каждое новое существование может сократить для него длительность этой пытки, если только существование это хорошо употреблено. Тогда именно он и производит выбор испытаний, пройдя через которые, сможет искупить свои ошибки; ибо, знайте это, дух страждет от всего зла, им содеянного или добровольной причиной коего он оказался, от всякого добра, какое он мог сделать и не сделал, и от всего зла, какое вызвано не сделанным им добром. Со зрения духа снят покров иллюзии; он как бы вышел из тумана, застилавшего вежды, и ясно видит все, что стоит между ним и его счастьем: и тогда он страдает еще более, ибо ему понятно теперь, сколь велика была его вина. Для него иллюзия развеялась: он видит то, что есть.”

Дух в скитающемся состоянии охватывает, с одной стороны, все свои прошлые существования и, с другой, видит обетованное грядущее и понимает, чего ему еще недостает, чтобы достичь его. Так путник, достигший вершины горы, видит пройденный путь и тот, который ему еще остается пройти, чтобы достичь своей цели.

976. Видеть страдающих духов, не есть ли это для добрых повод к печали, и тогда что становится с их счастьем, если счастье это поколеблено?
“Это не повод для печали, поскольку они знают, что зло и страдание имеют свой предел: они помогают другим улучшиться и протягивают им для этого руку: это. их постоянное занятие и источник радости, когда они добиваются успеха.”

— Это можно понять, когда речь идет о страданиях духов, им посторонних или безразличных: но видеть печали и страдания тех, кого они любили на земле, разве это не нарушает их счастья?
“Если бы они не видели этих страданий, то это значит, что они стали бы вам после смерти чужими. Религия же говорит вам, что души видят вас; но оне рассматривают ваши печали с. другой точки зрения. Оне знают, что страдания эти полезны для вашего продвижения, если вы перенесете их со смирением. Оне, стало быть, более сожалеют о недостатке храбрости,, вас задерживающем, чем о страданиях как таковых, кои всего лишь преходящи.”

977. Поскольку духи не могут скрыть друг от друга своих мыслей и все поступки их оказываются известны, то из этого вроде бы получается, что виновник находится в постоянном присутствии своей жертвы?
“Это и не может быть иначе, сам здравый смысл говорит об этом.”

— Это разоблачение всех наших предосудительных поступков и постоянное присутствие тех, кто были их жертвами, не будет ли наказанием для виновника?
“И большим, чем думают, но только до тех пор, пока он не искупит своих ошибок либо как дух, либо как человек в новых телесных воплощениях.”

Когда мы сами находимся в мире духов и наше прошлое всем видно, то добро и зло, нами содеянные, также всем оказываются известны. Тщетно совершивший зло будет желать избежать встречи со своими жертвами: их неизбежное присутствие будет для него наказанием, а угрызениям совести не будет конца, покуда он не искупит своих ошибок. В то же время человек добра, напротив того, встретит повсюду дружественные и благожелательные взгляды. Злому нет большей муки на земле, как быть вместе со своими жертвами: поэтому он постоянно стремится избежать их присутствия. Что же произойдет после того, как иллюзия развеется и он поймет совершенное им зло, увидит, как самые тайные поступки его станут явны, известны всем, как лицемерие его будет разоблачено, а сам он окажется выставлен на всеобщее обозрение? И в то самое время, как душа человека порочного пребывает во власти стыда, сожаления и угрызений совести, душа праведного наслаждается с совершенной безмятежностью.

978. Воспоминание об ошибках, совершенных душою в пору ее несовершенства, не смущает ли оно ее счастья даже и после того, как она очистилась?
“Нет, потому что она искупила свои ошибки и вышла победительницей из испытаний, которым она себя с этой целью подвергла.”

979. Испытания, которые душе останется выдержать, чтобы завершить свое очищение, не являются ли они для нее причиною мучительных опасений, нарушающих ее счастье?
“Да, для души, пока еще опороченной; поэтому-то она и не может наслаждаться совершенным счастьем, пока не очистится окончательно. Но для достаточно продвинутой души мысль об остающихся испытаниях не содержит в себе ничего мучительного.”

Душа, достигшая определенной степени чистоты, уже наслаждается счастьем; чувство сладкой удовлетворенности наполняет её. Она счастлива всем тем, что открыто ее взору, всем, что ее окружает. Со всех тайн и чудес творения для нее поднято покрывало, и совершенства Божеские являются ей во всем своем великолепии.

980. Нити симпатии, связывающие духов одного ранга, являются ли для них источником блаженства?
“Союз духов, слитых воедино в своем стремлении к добру, является для них одной из самых великих радостей: ибо союзу этому не грозит разрушение через эгоизм. В мире целиком духовном они образуют семьи, основанные на едином чувстве, а именно в этом заключается духовное счастье, подобно тому как в твоем мире вы группируетесь по своим интересам и получаете определенное удовольствие от того, что собираетесь вместе. Чистая и искренняя привязанность, которую духи питают друг к другу и объектом коей они друг для друга являются, для них источник блаженства, ибо там нет и не может быть ни лжедрузей, ни лицемеров.”

На земле человек ощущает предпосылки этого счастья, когда встречает души, с коими он может соединиться в чистом и святом союзе. В жизни более очищенной радость эта будет невыразима и беспредельна, потому что он встречать будет лишь души симпатизирующие, коих не охладит эгоизм; ибо все в природе есть любовь, и лишь эгоизм убивает ее.

981. Есть ли для будущего состояния духа какое-то различие между тем, кто при жизни боялся смерти, и тем, кто взирал на нее безразлично и даже с радостью?
“Различие может быть очень велико. Однако зачастую оно стирается из-за причин, вызывающих эту боязнь или радость. Пусть смерти боятся или желают ее, можно при этом быть движимым чувствами самыми разными, а именно эти чувства и влияют на будущее состояние духа. Ясно, например, что у того, кто желает смерти единственно потому, что видит в ней конец своим треволнениям, это желание представляет собой своего рода ропот на Провидение и на испытания, коим он должен подвергнуться.”

982. Необходимо ли исповедовать спиритизм и верить в проявления духов, чтобы обеспечить себе лучшую участь в будущей жизни?
“Если бы это было так, то все те, кто в это не верят или не могли получить в этой области необходимых знаний, оказались бы обделенными, что было бы абсурдно. Только добро обеспечивает лучшую участь в грядущем: а добро — оно всегда добро, каков бы ни был путь, к нему ведущий.” (См. №№ 165-779).

Вера в спиритизм помогает самосовершенствованию, сосредоточивая мысли на вехах грядущего. Она торопит продвижение как отдельных людей, так и масс, потому что позволяет дать себе отчет в том, какими мы станем однажды. Это точка опоры, свет, нас направляющий. Спиритизм учит с терпением и покорностью выносить испытания, выпадающие нам на долю. Он отвращает от действий, могущих отодвинуть от нас будущее наше счастье. Таким именно образом он содействует этому счастью, но это не значит, что достичь этого счастья нельзя без него.

____________

* Ответ, думается нам, не вполне корректен и, уж во всяком случае, неточен. Тема Огня — краеугольный камень Агни-Йоги, но, бесспорно, буквальное понимание всего этого — очередная глупость механистического ума. (И. Р.)

§ 159. Временные муки

983. Разве дух, искупающий свои ошибки в новом существовании, не испытывает материальных страданий, а коли испытывает, то точно ли будет сказать, будто после смерти страдания души только нравственные?
“Совершенно верно, — когда душа воплощается вновь, жизненные волнения являются для нее источником страданий: но лишь тело страдает материально.Вы часто говорите о том, кто умер, что он отмучился. Но это не всегда верно. Как у духа, у него нет больше физических болей: но в зависимости от совершенных ошибок он может иметь боли нравственные, коие сильнее первых, а в новом существовании он может быть еще несчастнее. Тот, чье богатство неправедно, будет просить милостыню и будет отдан на растерзание всем лишениям нищеты; гордец — всем унижениям; злоупотребляющий властью и к подчиненным своим презрительный и жестокий в новой жизни окажется во власти хозяина более жестокого, нежели он был сам. Все муки и страдания жизни суть искупления ошибок прошлого существования, в тех случаях когда они не являются следствием ошибок существования настоящего. Когда вы уйдете отсюда, вы поймете это. (См. №№ 273, 393, 399). Человек, полагающий себя счастливым на земле, потому что он может удовлетворить свои страсти, делает мало усилий, чтобы улучшить себя. Он часто уже при этой жизни искупает свое эфемерное счастье, но, определенно, он будет искупать его еще и в другом своем существовании, столь же материальном.”

984. Жизненные беды и неурядицы, всегда ли они наказание нынешних ошибок?
“Нет, мы уже сказали: это испытания, определенные Богом, либо выбранные вами самими, когда выбыли духами перед нынешним вашим воплощением, чтобы искупить ошибки, совершенные вами в другом существовании; ибо никогда нарушение законов Божьих, и в особенности закона справедливости, не остается безнаказанным. Если это произойдет не в этой жизни, так в другой: это совершенно необходимо. Вот почему тот, кто справедлив на ваш взгляд, зачастую получает удары из своего прошлого.” (См. № 393).

985. Воплощение души в мире менее грубом, является ли оно возмещением?
“Это следствие ее очищения; ибо по мере того как духи очищаются, они воплощаются в мирах все более совершенных, покуда не сбросят с себя всякую материю и не отмоются от всех ее нечистот, дабы вечно наслаждаться блаженством чистых духов на лоне Божьем.”

В тех мирах, в которых существование менее материально, нежели здесь, нужды менее грубы и все физические страдания не так живы. Люди больше не знают злых страстей, в мирах низших делающих их врагами друг друга. Не имея никакого повода для ненависти или ревности, они живут друг с другом в мире, ибо следуют закону справедливости, любви и милосердия. Они совершенно не знают мук и забот, порождаемых завистью, гордынею и эгоизмом, и составляющих пытку земного нашего существования. (См. №№ 172-182).

986. Дух, продвинувшийся в земном своем существовании, может ли он иногда воплотиться вновь в том же мире?
“Да, если не смог исполнить своей жизненной задачи, и тогда он сам может испросить возможности довершить ее в новом существовании: но тогда для него это уже более не искупление.” (См.№ 173).

987. Что происходит с человеком, который, хотя и не делает зла, не делает ничего и для того, чтобы освободиться от влияния материи?
“Поскольку он не делает ни одного шага к совершенству, то должен заново начать существование, характер которого не отличается от существования, им оставленного. Он стоит на месте, и таким образом он может продлять страдания своего искупления.”

988. Есть люди, жизнь которых протекает в полнейшем спокойствии, которые, не имея нужды ничего делать сами, лишены всяких забот. Счастливое это существование, есть ли оно свидетельство тому, что им не надо искупать грехов прошлого своего существования?

“Много ли ты об этом знаешь? Если ты думаешь, что да, то ошибаешься. Очень часто спокойствие лишь видимость. Они могли сами выбрать себе это существование, но, завершив его, они вдруг увидят, что оно ни в коей мере не содействовало их прогрессу, и тогда, подобно лентяю, они пожалеют о потерянном времени. Знайте же, что ум может получать знания и развиваться, лишь упражняясь, и если он засыпает в беззаботности и бездействии, то он не продвигается. Он походит на того, кому нужно (в согласии с вашими Обычаями) работать, а он идет вместо этого прогуляться или поспать, потому что у него нет охоты что-то делать. Знайте также, что каждый даст отчет в добровольной бесполезности своей жизни; и что бесполезность эта всегда роковым образом сказывается на грядущем счастье. Сумма будущего счастья соразмерна сумме сделанного добра; сумма зла, соответственно, соразмерна сделанному злу и количеству обездоленных им.”

989. Есть люди, которые, не будучи собственно злыми, делают несчастными всех, кто их окружает, в силу своего характера: каково для них последствие этого?
“Определенно, люди эти не добры, и искупление их будет в том, что они постоянно будут видеть тех, кого сделали несчастными, и чувствовать в том для себя упрек. Далее, в следующем существовании, они претерпят все, что заставляли претерпевать других.”

§ 160. Искупление и раскаяние

990. Раскаяние имеет место в состоянии физическом или духовном?
“В духовном: но может также иметь место и в физическом состоянии, если вы хорошо понимаете разницу между добром и злом.”

991. Каково последствие раскаяния в духовном состоянии?
“Желание воплотиться вновь, чтобы очиститься. Дух понимает несовершенства, препятствующие ему быть счастливым, и поэтому он стремится к новому существованию, где сможет искупить свои ошибки.” (См. №№ 332-975).

992. Каково последствие раскаяния в физическом состоянии?
“Идти вперед еще с этой жизни, если есть время исправить свои ошибки. Когда совесть делает упрек и указывает на какое-то несовершенство, всегда можно исправиться”.

993. Разве нет людей, наделенных лишь склонностью ко злу и недоступных раскаянью?
“Я сказал тебе, что человек должен непрестанно прогрессировать. Тот, кто в этой жизни имеет лишь склонность ко злу, будет иметь склонность к добру в другой своей жизни, и ради этого он многократно и рождается среди вас; ибо нужно, чтобы все продвигались и достигли цели, разница лишь в том, что одни делают это сравнительно быстро, другие сравнительно медленно, в зависимости от собственного желания. Тот, у кого влечение лишь к добру, уже очистился, ибо влечение ко злу он мог иметь в одном из предыдущих существований.” (См. № 894).

994. Порочный человек, не признавший своих ошибок при жизни, всегда ли признает их после своей смерти?
“Да, он всегда их признает, и тогда он страдает сильнее, ибо ощущает все зло, им содеянное, или то, добровольной причиной которого он был. Однако раскаяние не всегда наступает незамедлительно; есть духи, упорствующие на стезе зла, несмотря на свои страдания. Но рано или поздно они признают, что шли неверным путем, и наступит раскаяние. Над тем, чтобы просветить их, и трудятся благие духи, а также можете трудиться и вы сами.”

995. Есть ли духи, которые, не будучи злыми, все же безразличны к своей участи?
“Есть духи, не занимающиеся ничем полезным: они выжидают: но они, в этом случае, соответственно страдают; и поскольку ничто не стоит на месте, то у них прогресс выражается через усиление боли.”

— И у них нет желания положить конец своим страданиям?
“Конечно же, оно у них есть, но им не хватает энергии, чтобы желать того, что могло бы их утешить. Сколько среди вас людей, предпочитающих умереть в нищете, но только не трудиться?”

996. Поскольку духи видят зло, проистекающее от их несовершенства, то почему же среди них есть такие, которые ухудшают свое положение и удлиняют свое нахождение в низшем состоянии тем, что творят зло, уже будучи духами, и совращают людей с верного пути?
“Так поступают те, к кому раскаяние приходит позднее. Дух раскаявшийся может впоследствии другим, еще более отсталым духам дать вновь увлечь себя на путь зла.” (См. № 971).

997. Мы видим, что и духи явно низшие бывают доступны добрым чувствам и тронуты молитвами, о них совершаемыми. Как же происходит то, что другие духи, коих должно бы считать более просвещенными, выказывают очерствелость и цинизм, над которыми ничто не может восторжествовать?
“Молитва оказывает свое благотворное действие лишь на того духа, который раскаивается. Движимый же гордыней восстает против Бога и упорствует в своих заблуждениях, углубляя их более прежнего, и так, собственно, поступают все несчастные духи, такому духу молитва помочь ничем не может, и не сможет никогда, покуда однажды свет раскаянья не забрезжит в нем.”

Не следует упускать из виду, что дух после смерти тела не преображается сразу и вдруг. Если жизнь его была достойна порицания, значит он был несовершенен, а смерть сама по себе не дает совершенства. Поэтому он может по-прежнему коснеть в своих заблуждениях, ложных мнениях, предрассудках, пока не достигнет просвещения с помощью учения, размышления и страдания*.

998. Искупление совершается при жизни в теле или же в состоянии духа?
“Искупление совершается в воплощенном состоянии через испытания, которым дух подвергается, и в жизни развоплощенной через нравственные страдания, обусловленные состоянием несовершенства самого духа.”

999. Искреннее прижизненное раскаянье, достаточно ли его для того, чтобы стереть ошибки и позволить обрести милость Божию?
“Раскаяние помогает улучшению самого духа, но прошлое должно быть искуплено.”

— Если бы, в согласии с этим, какой-либо преступник сказал, что раз ему все равно придется искупать свое прошлое, то ему и нет нужды раскаиваться, так как бы это отразилось на нем?
“Если он будет упорствовать в злых мыслях, искупление его будет лишь дольше и мучительнее.”

1000. Можем ли мы и при этой жизни искупить свои ошибки?
“Да, можете, если их исправите. Но не надейтесь искупить их с помощью каких-то ребячливых лишений либо возвращая после своей смерти, когда вам уже ничего не будет нужно. Господь не придает никакого значения бесплодному раскаянию, которое всегда легко и сводится лишь к тому, чтобы бить себя в грудь. Лишиться мизинца, оказывая помощь другому, это стирает больше ошибок, чем пытка власяницей, претерпеваемая годами и имеющая единственной целью самого себя. (См. № 726). Зло исправляется только добром, и исправление не имеет никакой заслуги, если оно не затрагивает ни гордыню человека, ни его материальных интересов. Какова его заслуга, если неправедно приобретенное он вернет лишь после смерти, т. е. тогда, когда оно станет ему бесполезным и после того, как он его использовал? Это ли можно считать искуплением? Какова его заслуга, если он откажет себе в каких-то пустячных удовольствиях и некоторых излишествах, если обида, нанесенная им другому, остается там же? Какова, наконец, заслуга его смирения перед Богом, если он сохраняет свою спесь перед людьми?” (См. №№ 720-721).

1001. Выходит, нет никакой заслуги в том, чтобы обеспечить после своей смерти полезное употребление благ, коими мы обладаем?
“Нельзя сказать, чтобы „никакой"; это — всегда лучше, чем ничего. Но беда в том, что дающий лишь после своей смерти зачастую более эгоистичен, чем великодушен, он хочет сделаться добрым, не приложив к тому никакого труда. Тот, кто отдает при жизни, имеет в том двойную пользу: заслугу самопожертвования и удовольствие видеть счастье тех, кого он сделал счастливыми. Но эгоизм тут как тут и говорит ему: “То, что ты сейчас отдаешь, ты отнимаешь от своих удовольствий!”; и поскольку эгоизм кричит всегда громче, чем бескорыстие и милосердие, то они добивается своего под предлогом своих нужд и сохранения своего положения. Ах! жалейте того, кто не знает радости отдавать другим, ибо он воистину лишен одного из самых чистых и тонких удовольствий. Господь, подвергая его испытанию богатством, испытанию столь рискованному и опасному для его будущего, пожелал дать ему в качестве компенсаций за это счастье щедрости, начать наслаждаться которым он может еще и в вашем мире.” (См. №814)

1002. Что должен делать тот, кто на пороге смерти признает свои ошибки, но не имеет времени их исправить? Достаточно ли раскаяния в этом случае?
“Раскаяние ускоряет его реабилитацию, но оно не освобождает от грехов. Разве не открыто перед ним всегда бесконечное будущее?”

____________

* Это хорошо видно на примере преставившихся советских партийцев, которые, не сознавая толком, что же с ними все-таки произошло и где они, собственно, находятся, не понимают, что самим фактом своего дальнейшего существования они отрицают всю суть и смысл своей идеологии. Из-за этого непонимания они продолжают собираться на свои партийные собрания, голосовать, чтить красные тряпки, выделывать из астральной материи идолы своих вождей и предаваться атеистической глупости. (И. Р.)

§ 161. Продолжительность будущих мук

1003. Продолжительность страданий виновного в будущей жизни, произвольна ли она или подчиняется какому-либо закону?
“Бог никогда не поступает по капризу, и все во Вселенной управляется законами, в коих отражается Его мудрость и доброта.”

1004. На чем основывается продолжительность страданий виновного?
“На времени, необходимом для его улучшения. Поскольку и состояние страдания, и состояние счастья соответствуют степени очищенности духа, то и продолжительность и характер его страданий зависят от времени, которое ему нужно на то, чтобы улучшиться. По мере того как он прогрессирует и чувства его очищаются, страдания его уменьшаются и характер их изменяется. Св. Людовик.”

1005. Представляется ли время для страждущего духа, идущим с тою же или большей скоростью, чем при жизни здесь?
“Скорее ему кажется, что оно идет медленнее, так как сон для него не существует. Лишь для духов, достигших определенной степени очищения, время, так сказать, стирается пред бесконечностью.” (См. № 240).

1006. Может ли продолжительность страданий духа быть вечной?
“Вероятно, если бы он был вечно зол, т. е. если бы он никогда не раскаялся и не улучшился, то он страдал бы вечно. Но Господь не. создал существ, которые бы навечно были погружены во зло. Он создал их только простыми и невежественными, и все они должны прогрессировать за время более или менее долгое в зависимости от своего желания. Это желание может прийти раньше или позже, подобно тому как у детей способности проявляются раньше или позже, но оно рано или поздно возникает у духа через саму неодолимую потребность, которую он начинает испытывать, чтобы выйти из своего состояния неразвитости истать счастливым. Таким образом, закон, управляющий продолжительностью мук, в высшей степени мудр и благожелателен, поскольку он подчиняет эту продолжительность усилиям самого духа; он ни в коем случае не лишает человека свободы выбора: и если он делает плохой выбор, то испытывает на себе последствия этого. Св. Людовик.”

1007. Есть ли духи, не ведающие раскаяния, никогда не раскаивающиеся?
“Есть такие, раскаяние которых весьма запаздывает: но утверждать, что они никогда не улучшатся, значило бы отрицать закон прогресса и говорить, что ребенок не может стать взрослым. Св. Людовик.”

1008. Всегда ли продолжительность мук зависит от воли самого духа и не бывает ли таких, которые устанавливались бы ему на определенное время?
“Да, муки могут быть ему определены на известное время, но Бог, желающий лишь добра Своим созданиям, всегда принимает во внимание раскаяние, и желание самоулучшения никогда не бывает бесплодным. Св. Людовик.”

1009. Согласно этому, муки никогда не бывают определены на веки?
“Спросите свой здравый смысл, свой разум. Спросите себя, не будет ли вечное осуждение за несколько мгновений заблуждения отрицанием доброты Божьей? Что, в самом деле, продолжительность вашей жизни, пусть бы она длилась и сто лет в сравнении с вечностью? Вечность! Вполне ли вы понимаете это слово? Бесконечные страдания, муки, без какой-либо надежды, и все это из-за нескольких ошибок! Неужели же рассудок ваш не отвергает подобной мысли? Можно понять то, что древние в Творце Вселенной усматривали Бога грозного, завистливого и мстительного: в невежестве своем они наделяли Божество людскими страстями. Это ведь не Бог христиан, возводящий любовь, милосердие, сострадание, забвение обид в число первейших добродетелей: и мог ли бы Он сам быть лишен качеств, определяемых Им как долг для всех? Не противоречие ли приписывать Ему бесконечную доброту и бесконечную мстительность? Вы говорите, что прежде всего Он справедлив и что человек не понимает Его справедливости: но справедливость не исключает доброты, а Он не был. бы добр, если б обрекал на ужасные, вечные муки большую часть Своих созданий. Мог бы Он вменять детям Своим в обязанность справедливость, если б Он предварительно не дал им средства понять ее? Впрочем, разве не верх справедливости, соединенной с добротой, сделать так, чтобы продолжительность мук зависела от усилий виновного к самоулучшению? В этом истина слов: „Каждому по делам его". Бл. Августин.”

“Всеми средствами, находящимися в вашей власти, стремитесь к тому, чтобы побороть, развеять идею о вечных муках, мысль, возводящую хулу на справедливость и доброту Божью, неиссякаемый источник неверия, материализма И безразличия, наполнивших массы с той поры, как их ум начал развиваться. Дух, едва только начавший просвещаться, тут же схватил чудовищную несправедливость этой идеи. Его рассудок ее отвергает, и редко бывает, чтобы он не перемешал в одном остракизме и наказание, его возмущающее, и Бога, Коему он его приписывает. Отсюда многочисленные беды, обрушившиеся на вас, противоядие коим мы вам даем. Задача, на которую мы вам указываем, будет для вас тем легче, что авторитеты, на которых опираются защитники этой веры, все избежали категоричных высказываний по этому Поводу: ни Церковные Соборы, ни Отцы Церкви не решили этого важного вопроса. Если же, согласно самим евангелистам и буквально понимая символические слова Христа, Он и грозил виновным неугасимым пламенем, вечным огнем, то в Его словах нет абсолютно ничего, что бы доказывало, будто Он навечно приговорил их к этому. Бедные заблудшие овечки! сумейте же приблизить к себе доброго Пастыря, который далек, от того, чтоб желать навсегда отдалить вас от Себя, и сам идет вам навстречу, дабы вернуть вас к Себе. Блудные дети, оставьте добровольное ваше изгнание, обратите стопы ваши к Отчему жилищу: Отец протягивает к вам руки и всегда готов отпраздновать ваше возвращение в семью. Ламенне.”

“Война слов! война слов! разве не достаточно пролили вы крови! Стоит ли вновь зажигать костры? Вы спорите о словах: „вечные муки", „вечные кары". Да разве вы не знаете, что то, что вы сегодня называете „вечностью", древние понимали не так, как вы? Пусть только теологи справятся в источниках, и откроют, что древнееврейский текст не придавал слову, которое греки, римляне и современники ваши перевели как „нескончаемые муки", такого значения. Вечность кары соответствует вечности зла. Да, пока зло будет существовать среди людей, кары также сохранятся: лишь в относительном смысле стоит толковать священные писания. Вечность мук, стало быть, лишь относительна, не абсолютна. Пусть настанет день, когда все люди облачатся раскаянием в платье невинности — и в этот день прекратятся стоны и скрежет зубовный. Ваш человеческий ум ограничен, это правда, но и таков, как он есть, это дар Божий, и нет ни одного человека доброй воли, который бы с помощью разума понимал как-нибудь иначе вечность наказаний. Ведь что такое вечность наказаний? Нужно было бы допустить, что вечно будет зло. Вечен один лишь Бог, и Он не мог создать вечного зла, без этого Он оказался бы лишен самого великолепного Своего свойства — всемогущества, ибо тот не всемогущ, кто может создать силу, разрушающую его творения. Люди! Люди! Не погружайте же боле своих унылых взглядов в глубины Земли, чтобы найти там наказания. Рыдай, человечество, надейся, искупай, обрети себе приют в мысли о Боге задушевно благом, всемогущем, в высшей степени справедливом! Платон.”

“Стремиться к единству с Богом — такова цель человечества. Чтобы достичь ее, необходимы три вещи: Справедливость, Любовь и Знание. Три вещи этому противоположны: невежество, ненависть и несправедливость. Так вот! Истинно говорю вам: вы искажаете эти основополагающие принципы, так как подрываете мысль о Боге, преувеличивая Его строгость. Вы подрываете ее вдвойне, вводя в душу Его создания мысль о том, будто в нем самом больше милосердия, снисхождения, любви и истинной справедливости, нежели в бесконечном Существе. Вы разрушаете даже идею ада, делая ее смехотворной и не совместимой с вашими верованиями, подобно тому как недопустимо для ваших сердец зрелище казней, костров и пыток средневековья! Так что же? Не тогда ли, когда эра слепых репрессий навсегда изгнана из человеческих законодательств, вы надеетесь сохранить ее в духовном плане? О, поверьте мне, поверьте мне, братья в Боге и в Иисусе Христе, поверьте мне, и либо со смирением дайте скорее погибнуть в руках ваших всем догмам, но только не позвольте им сколько-нибудь видоизмениться, либо же оживите их, открыв их целительным потокам, направленным на них ныне Благими. Идея ада с его пылающими печами, кипящими котлами может быть стерплена, т. е. извинительна в железном веке; но в девятнадцатом это лишь пустой призрак, годный самое большее на то, чтобы напугать детей малых, и в который дети перестают верить, как только вырастают. Упорствуя в этой устрашающей мифологии, вы порождаете неверие — мать всякого общественного разложения: ибо я содрогаюсь от вида того, как целый социальный порядок потрясается и падает при отсутствии наказующей санкции. Люди горячей и живой веры, первые ласточки Дня Света, к делу же! не ради сохранения устаревших и не внушающих ныне доверия сказок, но чтобы оживить, оживотворить истинную наказующую санкцию в формах, соотнесенных с вашими нравами, чувствами и знаниями вашей эпохи. Кто в самом деле есть виновник? Тот, кто через шаг в сторону, через ошибочное движение души отдаляется от цели Творения, заключающейся в гармоническом почитании и гармоническом служении добру, красоте, идеализированным в человеческом архетипе, Бого-Человеке, Иисусе Христе. Что есть кара? Естественное последствие, вызванное этим ошибочным движением; некоторая сумма боли, необходимая, чтобы произвести в виновнике отвращение к своему безобразию через опыт страдания. Наказание есть стрелка, указующая душе на необходимость посредством горечи состредоточиться на себе самой и вернуться к брегу спасения. Целью наказания является единственно реабилитация, освобождение. Желать того, чтобы вечным было наказание за ошибку, коия отнюдь не вечна, значит отрицать за ним всякий смысл. О, истинно говорю вам! перестаньте, прекратите проводить параллель в вечности между Добром, сущностью Творца, и Злом, сущностью твари. Ибо это было бы созданием ничем не оправданной системы кар. Напротив того, утверждайте постепенное ослабление наказаний и мук в последующих воплощениях, и тогда доводы рассудка сольются с доводами сердца, составляя Божественное единство. Апостол Павел.”

Человека хотят подвигнуть к добру и отвратить его от зла, заманивая его наградами и устрашая наказаниями, но если наказания эти изображаются таким образом, что разум отказывается в них верить, то они не окажут на человека никакого влияния: более того, он отбросит тогда все: и форму, и содержание. Но пусть, напротив того, подадут ему будущее в логической форме, и тогда он его не отвергнет. Спиритизм дает ему именно такое объяснение. Учение о вечности мук в самом абсолютном смысле делает Бога существом беспощадным, неумолимым. Ну разве было бы логичным говорить о каком-либо государе, будто он очень добр, благ, снисходителен, будто он Желает всем лишь счастья, но что в то же время он завистлив, мстителен, непреклонен в своей суровости и что предает самой жестокой казни три четверти своих подданных за малейшее ослушание, за малейшее нарушение своих законов, причем предает, этой казни даже тех, что нарушили законы эти потому, что их не знали? Разве это не противоречиво? И неужели же Бог может быть еще менее добр, чем человек ? Возникает и другое противоречие. Поскольку Богу ведомо все, то, стало быть, создавая душу. Он знал, что она падет в грехе; получается, что она с самого сотворения своего была предназначена вечному несчастью: это ли возможно, это ли разумно? С учением же об относительности мук все становится на свои места. Бог, несомненно, знал, что она падет, но Он дал ей средства к просвещению себя на своем собственном опыте, на своих ошибках. Дабы лучше окрепнуть в добре, ей необходимо искупить свои заблуждения, а дверь надежды никогда не бывает закрытой перед нею, и Бог устраивает так, что освобождение ее зависит от усилий, ею прилагаемых, чтобы достичь его. Вот это может быть понято всеми, это может допустить самая педантичная логика. Если бы “вечные” муки изображались с этой точки зрения, то скептиков было бы значительно меньше. Слово “вечный” часто употребляется в просторечии как образ, чтобы обозначить вещь, длящуюся долго и конец который не, виден в обозримом будущем, хотя и известно, что конец этот существует. Мы говорим, например, вечные льды горных вершин, полюсов, хотя нам и известно, что, с одной стороны, мир физический имеет свои временные пределы и что, с другой, состояние этих регионов может измениться с естественным перемещением земной оси или вследствие какого-то катаклизма. Слово “вечный” в этом случае не означает, стало быть, “вечный до бесконечности”. Когда мы страдаем от долгой болезни, то часто говорим, что болезнь наша вечна; так что же удивительного в том, что духи, страдающие долгие годы, века и даже тысячелетия, говорят об этом то же самое? Не забудем также и того, что их несовершенство, не позволяя им видеть конца пути, заставляет их верить в вечность своих мучений, и в этом тоже для них наказание. Впрочем, доктрина о материальном огне, печах и пытках, заимствованная из языческого Тартара, сегодня полностью оставлена высокой теологией, и лишь в школах еще даются эти устрашающие аллегорические картины как положительные истины некоторыми людьми, более ревностными, чем просвещенными, и все это весьма прискорбно, ибо юные умы, ими воспитанные, раз оправившись от своего страха, смогут увеличить собой число скептиков. Теология признает сегодня, что слово “огонь” употреблено в смысле переносном и должно разуметься как “огонь нравственный” (См. № 974). Те, кто, подобно нам, следили по спиритическим сообщениям за перипетиями жизни и загробными страданиями, могли убедиться, что хотя в них и нет ничего материального, страдания эти все же весьма мучительны. И продолжительность их некоторые теологи начинают допускать в том ограничительном смысле, какой был указан здесь, выше, и полагают, что и действительно слово “вечный” может разуметься в отношении мук самих по себе как последствий незыблемого закона, а не в смысле их приложения к каждому индивиду. В тот день, когда религия примет это толкование так же, как и некоторые другие , равно являющиеся последствием прогресса знаний, она вновь примет в свое лоно множество заблудших овец.

____________

* А тем пуще в двадцатом. (И. Р.)

§ 162. Воскресение плоти

1010. Догма воскресения тела, является ли она своеобразным выражением догмы перевоплощения, преподанной духами?
“Как бы оно могло быть иначе? С этими словами происходит то же, что и со множеством прочих, они кажутся неразумными в глазах некоторых людей лишь потому, что их берутся понимать буквально, что и ведет к безверию. Но дайте им разумное толкование, и те, кого вы зовете вольнодумцами, без труда примут их именно потому, что они размышляют; ибо, не заблуждайтесь на их счет, сии вольные мыслители также стремятся лишь к вере. У них, как и у других, а может и больше, чем у других, жажда грядущего, но они не могут принять того, что отвергнуто наукой. Учение о множественности существований согласуется со справедливостью Божьей. Лишь оно одно может объяснить то, что без него необъяснимо: и как бы вы хотели, чтобы принцип этого не был заложен в самой религии?”

1011. Таким образом, Церковь в форме догмы о воскресении тела сама утверждает учение о перевоплощении?
“Это очевидно. Это учение, впрочем, есть следствие ряда вещей, прошедших незамеченными; их теперь не замедлят понять именно в этом смысле. Недалеко то время, когда будет признано, что спиритизм на каждом шагу исходит из самого текста Священных Писаний. Духи, стало быть, не приходят свергнуть религию, как то утверждают некоторые, но как раз наоборот. Они приходят подтвердить ее, утвердить ее в неопровержимых доказательствах. И поскольку настало время перестать говорить образным языком, они изъясняются без метафор и аллегорий, придают вещам смысл ясный и точный, коий не может быть подвергнут никакому ложному толкованию. Вот почему в скором времени у вас будет больше людей искренно религиозных и верующих, чем сегодня. Св. Людовик.”

Наука действительно доказывает невозможность воскресения в согласии с вульгарной идеей. Если бы останки человеческого тела оставались однородны, пусть бы они развеивались и превращались в пыль, все равно можно было бы понять их соединение в какое-то данное время; но ведь дело обстоит совершенно не так. Тело состоит из разнородных элементов: кислорода, водорода, азота, углерода и т. д. При разложении эти элементы рассеиваются, для того, чтобы служить образованию новых тел; и в итоге получается, что та же самая молекула, например, углерода войдет в состав многих тысяч различных тел (мы говорим при этом лишь о телах людей, не учитывая тела животных). И каждый отдельно взятый индивид, быть может, имеет в своем теле молекулы, принадлежавшие прежде людям древних веков: и эти же самые органические молекулы, которые вы усваиваете из вашей пищи, происходят, быть может, из тела индивида, которого вы знали раньше, и так далее. Поскольку количество материи ограниченно, а количество трансформаций ее неограниченно, то как бы каждое из этих тел могло восстановиться из тех же самых элементов? Все это материально невозможно. Стало быть, воскресение в теле можно разумно допустить только как метафору, символизирующую феномен перевоплощения, и тогда не окажется ничего, смущающего рассудок, ничего, что противоречило бы данным науки. Правда, то, что, согласно догме, это воскресение должно иметь место лишь в конце всех времен, тогда как, по спиритическому учению, оно случается всякий день. Но нет ли также и в этой картине Страшного Суда величественной и прекрасной метафоры, скрывающей под покровом аллегории одну из тех незыблемых истин, которая не найдет более скептиков, как только будет приведена к своему истинному значению? Пусть хорошо поразмыслят над спиритической теорией будущего душ и их судьбы как следствия различных испытаний, которые оно должны пройти, — и увидят, что за вычетом одной только одновременности, суд, осуждающий их или оправдывающий, вовсе не вымысел, как то думают скептики. Напомним еще, что такая концепция - естественное последствие множественности миров. Сегодня повсеместно признанной, тогда как о согласии с доктриной Страшного Суда Земля признается единственным обитаемым миром*.

____________

* Сейчас делаются попытки оживить идеи русского философа Н. Ф. Федорова. Думается, что данное место недвусмысленно растолковывает читателю их несостоятельность. (И. Р.)

§ 163. Рай, ад и чистилище

1012. Существуют ли некое ограниченное место, определенное для мук или радостей духов, в зависимости от их заслуг и достоинств?
“Мы уже ответили на этот вопрос. Муки и радости неотделимы от степени совершенства духов. Каждый в самом себе имеет источник собственного счастья или несчастья. И поскольку духи вездесущи, то никакое ограниченное или замкнутое пространство не предназначено для этого более другого. Что касается духов воплощенных, то они в большей или меньшей мере счастливы и несчастны в зависимости от большей или меньшей развитости мира, в коем они живут.”

— Из этого следует, что ад и рай не существуют в том виде, в каком их себе представляет человек?
“Это лишь образы, аллегории: повсюду есть духи счастливые и несчастные. Однако, как мы уже сказали, духи одного ранга собираются вместе в силу взаимной симпатии; но собраться там, где им хочется, они могут, когда они совершенны.”

Абсолютная локализация мест мук и наград существует лишь в воображении человека. Она происходит от его склонности материализовывать и ограничивать вещи, бесконечную природу коих он не может понять.

1013. Что должно понимать под “чистилищем”?
“Физические и нравственные боли: это время искупления. Ваше чистилище вы почти всегда проходите на Земле, именно здесь Бог заставляет вас искупать свои ошибки.”

То, что человек называет „чистилищем", также некоторая метафора, под которой следует понимать отнюдь не какое-то определенное место, но состояние несовершенных духов, находящихся в искуплении вплоть до полного своего очищения, должного поднять их до ранга блаженных духов. Так как это очищение осуществляется в последовательности различных воплощений, то чистилище заключается для нас в испытаниях телесной жизни.

1014. Как произошло то, что некоторые духи, в языке своем обнаруживающие собственное превосходство, очень серьезным людям по поводу ада и чистилища ответили в согласии с обывательским о них понятием?
“Они говорят на языке, понятном тем, кто их спрашивает. Если эти люди слишком напичканы некоторыми идеями, духи не хотят слишком резко задевать их, чтобы не оскорбить их убеждений. Если бы какой-то дух без всяких ораторских предосторожностей сказал мусульманину что Магомет никакой не пророк, то он встретил бы весьма плохой прием.”

— Мы понимаем, что такое возможно со стороны духов, желающих нашего просвещения, но почему духи, спрошенные о своем положении, ответили, что они претерпевают все пытки ада и чистилища?
“Когда они малоразвиты и не совсем разматериализованы, они сохраняют часть земных понятий и выражают свои впечатления в знакомых им терминах. Они находятся в такой среде, коия лишь наполовину позволяет им заглядывать в будущее, именно поэтому скитающиеся или только что высвободившиеся духи говорят так, как они сказали бы при жизни. „Ад" можно перевести как жизнь, исполненную самых мучительных испытаний, без уверенности в жизни лучшей; „чистилище" как жизнь, также исполненную испытаний, но со знанием о лучшем будущем. Когда ты испытываешь сильную боль, разве не говоришь ты сам, что бодь эта „адская"? Все это лишь слова, и всегда в переносном смысле.”

1015. Что следует понимать под „страждущей душой"?
“Душу скитающуюся и страдающую, неуверенную в своем будущем, которой вы можете доставить облегчение, о коем она часто и просит, вступая с вами в общение.” (См. № 664).

1016. В каком смысле следует понимать слова „небо" и „рай"?
“Уж не думаешь ли ты, что это будет какое-то место, наподобие Елисеевых полей у древних, где все добрые духи свалены в кучу и где у них нет иной заботы, как только целую вечность вкушать бездеятельное блаженство? Нет, это весь Космос, это планеты, звезды и все высшие миры, где духи обладают полнотой своих способностей, не испытывая ни тягот материальной жизни, ни томлений, присущих состоянию неразвитости.”

1017. Духи говорили, что они обитают на четвертом, пятом и так далее небе. Что они имели под этим в виду?
“Вы спрашиваете у них, на каком небе они обитают, потому что по вашему понятию существует несколько небес, поставленных Друг над другом наподобие этажей дома. И тогда они отвечают вам на вашем же языке. Но для них слова „четвертое", „пятое" небо выражают различные степени очищенности и, следовательно, счастья. Это совершенно то же, что и в том случае, когда у духа спрашивают, находится ли он в аду. Если он несчастен, он скажет „да", потому как для него „ад" есть синоним „страдания": но он при этом вполне хорошо знает, что это не огненная печь. Язычник сказал бы, что он в Тартаре.”

То же самое и с иными подобными выражениями, как, например, “град цветов”, “град избранных”, “первая, вторая или третья сфера” и т. д. Выражения эти лишь аллегории, употребляемые некоторыми духами либо как образы, либо иногда по неведению действительного положения вещей или даже самых простейших научных понятий.
В зависимости от ограниченной идеи, которую прежде составляли себе о местах мук и наград, о том, что Земля есть центр Вселенной, что небо — свод над нею и звезды находятся на нем, люди помещали рай вверху, а ад внизу. Отсюда и выражения: “взойти на небо”, “быть на седьмом небе”, “быть низвергнутым в ад”. Сегодня, когда наука доказала, что Земля — лишь один из самых малых миров среди стольких миллионов прочих и ничем особенно не выделяется; когда она начертала историю ее возникновения и ее строение, доказала, что пространство бесконечно, что во Вселенной нет ни верха, ни низа, поневоле пришлось отказаться от затеи помещать рай над облаками, а ад в земных недрах. Что касается чистилища, то ему вообще не было указано никакого места. Лишь спиритизму было уготовано дать этим трудностям самое рациональное, самое величественное и в то же время самое утешительное для человечества объяснение. Таким образом, можно сказать, что мы носим в себе самих свой ад и свой рай. Свое чистилище мы находим при своем воплощении в наших телесных, физических жизнях.

1018. В каком смысле нужно понимать слова Христа: „Мое Царство не в этом мире"?
“Христос, отвечая так, говорил в смысле переносном. Он желал сказать, что он царит лишь над сердцами чистыми и бескорыстными. Он всюду, где господствует любовь к добру; но люди, жадные до вещей мирских и привязанные к благам земным, суть не с ним.”

1019. Может ли на Земле когда-нибудь наступить царство добра?
“Добро воцарится на Земле, когда среди духов, приходящих сюда жить, добрые возобладают над злыми. Тогда они устроят здесь царство любви и справедливости, коие суть исток и добра, и счастья. Лишь совершенствуя себя и претворяя законы Божьи, человек привлечет к воплощению на Земле духов добрых и отдалит отнес злых. Но злые покинут ее тогда лишь, когда он изгонит из мира своего гордыню и эгоизм. Преобразование человечества было предсказано, и вы на пороге того мига, коий готовят все люди, помогающие прогрессу. Преображение осуществится воплощением лучших духов, которые создадут на Земле новую расу. Тогда духи злых, кои смерть пожинает всякий день, и всех тех, кто стремятся остановить ход вещей, потеряют сюда доступ, ибо неуместно им и неуютно будет среди людей благих, блаженство коих им бы вздумалось смутить. Они устремятся в новые, менее продвинутые миры, чтобы исполнять назначения мучительные, и в мирах этих они смогут трудиться над своим собственным прогрессом, работая в то же время над продвижением своих еще более отсталых братьев. Разве вы не видите в этом изгнании с преображенной Земли возвышенный образ „Потерянного рая", а в человеке, пришедшем на Землю в подобных условиях и несущем в себе росток своих страстей и следы своего изначального несовершенства, не менее возвышенный образ первородного греха? Первородный грех, рассматриваемый с этой точки зрения, связан с еще несовершенной природой человека, ответ ственного, таким образом, лишь за себя самого и за свои собственные ошибки, а не за ошибки отцов. Все вы — люди веры и доброй воли, трудитесь же с усердием и отвагой над великим делом возрождения, ибо вы пожнете сто крат более того зерна, которое посеете. Горе закрывающим глаза свету, ибо готовят себе долгие века мрака и разочарований; горе влагающим все свои радости в блага этого мира, ибо претерпят лишений больше, нежели вкусят наслаждений; горе в особенности эгоистам, ибо они не отыщут никого, кто бы поомог им нести груз их несчастий. Св. Людовик"