Ссылки


Rambler's Top100

Rambler's Top100

Последние новости

Популярное

Глава 6 закон разрушения E-mail

Глава шестая

Закон разрушения


§ 109. Разрушение необходимое и разрушение злостное

728. Разрушение, является ли оно законом природы?
"Нужно, чтобы все разрушилось, для того чтобы возродиться: ибо то, что вы называете „разрушением", есть лишь преобразование, целью имеющее обновление и улучшение живых существ."*

— Стало быть, инстинкт разрушения был дан живым существам по замыслу Провидения?
"Твари Божьи суть орудия, коими Господь пользуется, Дабы достичь своих целей. Чтобы питаться, живые существа разрушают друг друга, и это позволяет достичь сразу двух целей: поддерживать равновесие в воспроизводстве живых существ, которое без этого могло бы стать чрезмерным, и употреблять в дело остатки их внешней оболочки. Но разрушается всегда только эта внешняя оболочка, она же — вспомогательная, но отнюдь не главная часть мыслящего существа: главная часть его — это разумное начало, коие неразрушимо и создается в различных преображениях, каковые это существо претерпевает."

729. Но если разрушение необходимо для возрождения существ, зачем тогда природа наделяет их средствами защиты и самосохранения?
"Это затем, чтобы разрушение не наступило раньше определенного для него времени. Всякое преждевременное разрушение препятствует развитию разумного начала: поэтому Господь дал каждому существу жажду жизни и продления рода."

730. Поскольку смерть должна вести нас в жизнь лучшую, ибо она освобождает нас от бедствий земной нашей жизни, и ее, таким образом, скорее следовало бы желать, чем страшиться, то почему же у.человека перед ней инстинктивный ужас, понуждающий его смерти бояться?
"Мы сказали, что человек должен стремиться к тому, чтобы продлить свою жизнь ради исполнения ее задачи; поэтому Бог дал ему инстинкт самосохранения, и инстинкт этот поддерживает его в испытаниях; без этого он слишком часто бы поддавался унынию. И таинственный голос, заставляющий его отвергать смерть, говорит ему, что он может сделать что-то еще для своего продвижения. Когда ему угрожает опасность, то это ему предупреждение о том, что он должен с толком использовать отсрочку, данную ему Господом: но, неблагодарный! Он чаще благодарит за это свою звезду, а не Создателя!"

731. Почему бок о бок с охранительными силами природа одновременно поместила и силы разрушительные?
"Лекарство всегда рядом с недугом; мы сказали уже, что это делается ради поддержания равновесия и чтобы служить противовесом."

732. Надобность в разрушении, та же ли она во всех мирах?
"Она соразмерна состоянию большей или меньшей материальности миров и сходит на нет по мере очищения их физического и нравственного состояния. В мирах более продвинутых, нежели ваш, условия существования совершенно иные."

733. Всегда ли среди людей на земле будет существовать необходимость разрушения?
"Потребность в разрушении ослабевает у человека по мере того, как дух берет верх над материей: поэтому вы видите, как ужас перед разрушением приходит вместе с интеллектуальным и нравственным развитием."

734. Обладает ли человек в нынешнем своем состоянии неограниченным правом разрушения по отношению к животным?
"Это право регулируется для него необходимостью добыть себе пропитание и обеспечить свою безопасность: но злоупотребление никогда не было правом."

735. Что думать о разрушении, превосходящем пределы необходимости и безопасности: об охоте, например, когда целью ее является лишь удовольствие от разрушения безо всякой полезности?
"Преобладание звериности над духовною природой. Всякое разрушение, переходящее за пределы надобности, является нарушением закона Божьего. Животные разрушают лишь из нужды; но человек, обладающий свободной волей, разрушает без необходимости; он должен будет дать отчет в злоупотреблении предоставленной ему свободой, ибо он уступает тем самым дурным инстинктам."

736. Народы, доводящие до крайности щепетильность в отношении убийства животных, имеют ли они в том какую-то особую заслугу?
"Это крайность в чувстве, которое само по себе похвально, но из-за утраты чувства меры становится зловредным и заслуга в котором нейтрализуется множеством злоупотреблений иных родов. У народов этих более суеверной боязни, чем истинной доброты."

____________

* Эта же мысль постоянно повторяется Марком Аврелием на страницах его книги. (И. Р.)

§ 110. Бедствия и разрушения

737. С какой целью Бог обрушивает на человечество бедствия и разрушения?
"Чтобы побудить его продвигаться быстрее. Не сказали ль мы, что разрушение необходимо для нравственного возрождения духов, кои в каждом новом существовании черпают для себя новую степень совершенства? Нужно видеть финал, чтобы, исходя из него, судить о достигнутом. Вы же судите о результатах лишь со своей личной точки зрения и называете все это „бедствиями" из-за ущерба, который оно вам причиняет: но эти сотрясения зачастую совершенно необходимы, чтобы быст рее достичь лучшего порядка вещей, достичь за несколько лет того, на что потребовалось бы несколько веков." (См. № 744).

738. Разве Бог не мог употребить для улучшения человечества иных средств, чем только бедствия и разрушения?
"Да, мог, и Oн постоянно употребляет их, поскольку Он каждому дал средства к тому, чтобы прогрессировать через знание добра и зла. И лишь сам человек не пользуется этим: так что приходится наказывать его в гордыне его и дать почувствовать ему свою слабость."

— Но ведь в этих бедствиях хороший человек гибнет так же, как и извращенный: это ли справедливо?
"При жизни человек все сводит к своему телу; но после смерти он думает иначе, и как мы вам сказали: жизнь тела — ничтожная безделица: целое столетие вашего мира — лишь мгновение вечности: так что страдания, которые вы оцениваете несколькими месяцами или несколькими днями, суть ничто: это лишь урок для вас, каковой послужит вам в будущем. Духи — вот мир истинный, предсуществующий всему и переживающий все (см. № 85); се суть истинные чада Божьи и предмет всей Его заботы: тела же не более чем платья, в которые они облачаются для того, чтобы появиться в материальном мире. В великих бедствиях, опустошающих ряды человечества, происходит то же, что происходит в боевой армии, когда униформа ее бойцов оказывается износившейся, разорванной или утерянной. Генерал более заботится о своих солдатах, нежели об их одеяниях."

— Но жертвы этих бедствий все же являются жертвами?
"Если б вы видели свою жизнь такой, какова она есть и сколь незначительна она в сравнении с Беспредельностью, вы придавали бы ей меньше значения. Все эти жертвы в ином существовании найдут щедрое возмещение своим страданиям, если только они умеют претерпевать их без ропота."

Независимо от того, как приходит смерть — то ли с каким-либо бедствием, то ли от какой-то обычной причины, умирать тем не менее все равно приходится, когда час ухода нашего пробил; единственное различие при этом состоит лишь в том, что при стихийном бедствии число одновременно уходящих оказывается гораздо больше. Если б только мы смогли в образе своего мышления подняться до такой ступени, чтобы объять мысленным взором все человечество, то бедствия эти, столь страшные нам сейчас, представились бы нам не более чем мгновенными бурями в судьбе мира.

739. Имеют ли эти разрушения какуюто полезность с точки зрения физической, несмотря на те беды, которые они вызывают?
"Да, иногда они изменяют состояние той или иной страны, но благо, которое из них следует, зачастую ощущается только будущими поколениями."

740. Не являются ли для человека эти бедствия равно и моральными испытаниями, которые сталкивают его с самой мучительной необходимостью?
"Бедствия являются испытаниями, дающими человеку возможность проявить свой ум, показать терпение свое и покорность воле Божьей, а также помогают ему развить в себе чувство самоотречения, бескорыстия и любви к ближнему, если только он не одержим эгоизмом."

741. Дано ли человеку отвести от себя обуревающие его беды?
"С одной стороны, да; но не в том смысле, как это обыкновенно понимают. Многие беды являются следствием его непредусмотрительности; по мере того как он приобретает знания и опыт, он может отвести их, т. е. предупредить, если умеет отыскивать их причины. Но среди бед, поражающих человечество, есть и беды общего характера, являющиеся постановлениями Провидения и в большей или меньшей степени затрагивающие каждого человека; таким бедам человек может противопоставить лишь смирение и покорность воле Божьей; и еще: беды эти зачастую отягощаются его беззаботностью."

Среди бедствий и разрушений, не зависящих от человека, следует в первую очередь упомянуть чуму, голод, наводнения, роковую для урожая непогоду. Но разве в науке, в развитии техники, в усовершенствовании земледелия, в севообороте и орошении, в изучении гигиенических условий не обрел человек средства к тому, чтобы нейтрализовать или по крайней мере ослабить многие из этих несчастий? Разве некоторые страны, опустошаемые ранее страшными бедстьиями, не предохранены от них сегодня? Чего только не сделает человек для своего материального благосостояния, когда он будет уметь с толком употребить все ресурсы своего ума и когда заботу о личном самосохранении он сумеет соединить с чувством истинного милосердия к себе подобным? (См. № 707).

§ 111. Войны.

742. Какова причина, побуждающая человека к войне?
"Преобладание животной природы над природой духовной и порабощенность страстями. В пору варварства народам ведомо лишь право сильного; поэтому война является для них вполне нормальным состоянием. По мере того как человек развивается, она делается все более редкой, потому что он избегает причин, ее вызывающих; и когда она все-таки оказывается необходимой, он умеет внести в нее человечность."

743. Исчезнет ли однажды война с лица земли?
"Да, когда люди поймут справедливость и будут следовать закону Божьему: тогда все народы станут братьями."

744. Какую цель имело Провидение, делая войну необходимой?
"Свободу и прогресс."

— Если следствием войны должно быть достижение свободы, то как происходит то, что она так часто своей целью и результатом имеет порабощение?
"Порабощение мимолетно, оно нужно, чтобы вывести народы из терпения, это поможет им быстрее достичь свободы."

745. Что думать о том, кто подстрекает к войне ради собственной выгоды?
"Он воистину виновен, и ему понадобится много жизней, чтобы искупить те убийства, причиною коих он был, ибо он будет отвечать за каждого человека, смерть которого он вызвал ради удовлетворения собственного властолюбия."

§ 112. Убийство

746. Является ли убийство преступлением в глазах Божьих?
"Да, и большим преступлением; ибо тот, кто лишает человека жизни, обрывает жизнь, предназначенную для искупления или высокого назначения, и в этом вся беда."

747. Всегда ли у убийства та же степень виновности?
"Мы уже сказали, Бог справедлив; Он судит более по намерению, а не по деянию."

748. Прощает ли Бог убийство, если оно оправдано в законном порядке?
"Одна лишь необходимость может извинить его: если можно сохранить свою жизнь, не покушаясь на жизнь своего противника, то человек должен это сделать."

749. Виновен ли человек в убийствах, которые он совершает на войне?
"Нет, когда его принуждают к тому насильно: но он виновен в совершаемых им жестокостях, и человечность его ему зачтется."

750. Что преступнее в глазах Божьих — отцеубийство или детоубийство?
"Оба преступны одинаково, ибо всякое преступление есть преступление."

751. Чем вызвано то, что у некоторых народов, в интеллектуальном отношении достаточно развитых, детоубийство находится в правах и освящено законодательством?
"Интеллектуальная развитость не влечет за собой необходимым образом добра: дух с высоким интеллектом может быть зол; это тот, который жил много, не улучшаясь: он обладает лишь знанием."

§ 113. Жестокость

752. Можно ли как-то связать жестокость с инстинктом разрушения?
"Это и есть инстинкт разрушения с тем, что только есть в нем самого дурного, ибо если разрушение иногда необходимо, то в жестокости никогда нет необходимости: она всегда следствие порочной природы."

753. Чем вызвано то, что жестокость — преобладающая черта характера у первобытных народов?
"У народов „первобытных", как ты их называешь, материя преобладает над духом: они отдаются звериным инстинктам, и поскольку у них нет иных потребностей, кроме потребностей тела, то они стремятся лишь к личному сохранению, а это обычно и делает их жестокими. И затем народы, стоящие на низком уровне развития, находятся во власти Духов также неразвитых, каковые только им и симпатичны, до той поры, пока более продвинутые народы не придут разрушить или ослабить над ними это влияние."

754. Не связана ли жестокость с отсутствием нравственного чувства?
"Скажи, что нравственное чувство не развито, но не говори, что оно отсутствует, ибо в основе своей оно присутствует у всех людей; именно это нравственное, чувство позднее сделает их добрыми и человечными, оно есть, стало быть, и у дикаря, но оно присутствует в нем, как ароматическое начало присутствует в растении, пока цветок его еще не раскрылся."

Все лучшие способности присутствуют в человеке в скрытом или непроявлённом состоянии: они развиваются в зависимости от того, в какой мере благоприятны для них внешйие обстоятельства. При этом чрезмерное развитие одних останавливает или задерживает развитие других. Перевозбуждение материальных инстинктов, так сказать, заглушает нравственное чувство, точно также как развитие нравственного чувства постепенно ослабляет чисто животные способности.

755. Как происходит то, что на лоне самой продвинутой цивилизации порой встречаются существа столь же жестокие, как и дикари?
"Так же как на дереве, увешанном хорошими плодами, встречаются плоды выродившиеся. Это, если хочешь, те же дикари, у которых от цивилизованности есть лишь верхнее платье; волки, затесавшиеся среди овец. Духи низшего порядка и очень отсталые могут воплощаться среди продвинутых людей в надежде на то, что тогда и они продвинутся; но если испытания оказываются им не по силам, то первоначальная природа берет в них верх."

756. Будет ли однажды общество добрых людей очищено от существ зловредных?
"Человечество прогрессирует; и люди, одержимые стремлением ко злу и неуместные среди людей добрых, мало-помалу исчезнут, как дурное зерно отде ляется от хорошего в процессе просеивания, но с тем чтобы родиться вновь в иной оболочке: и так как у них будет опыт, они уже лучше будут понимать добро и зло. Пример тому ты имеешь в растениях и животных, искусство для совершенствования коих человек открыл и у которых он развивает новые свойства. Так вот! Усовершенствованность становится полной лишь после многих поколений. Это образ, символизирующий множественность различных существований человека."

§ 114. Дуэль

757. Может ли дуэль рассматриваться как законная защита?
"Нет, это лишь убийство и безобразный обычай, достойный варваров. При цивилизации более продвинутой и более нравственной человек поймет, что дуэль настолько же нелепа, как и бои, которые некогда рассматривали как суд Божий."

758. Может ли дуэль рассматриваться как убийство со стороны того, кто, зная собственную слабость, почти уверен в том, что погибнет?
"Это самоубийство."

— А когда шансы равны, то убийство это или самоубийство?
"И то и другое."

Во всех случаях, даже в том, когда шансы равны, дуэлянт виновен прежде всего потому, что он холодно и по трезвому размышлению покушается на жизнь ближнего; вовторых, потому что он подвергает собственную жизнь опасности бесполезно и безо всякого толку для кого-либо.

759. Какова значимость того, что называется «делом чести» в вопросе дуэли?
"Гордыня и тщеславие — две язвы человечества."

— Но разве нет таких случаев, когда честь действительно оказывается затронутой и когда отказ от дуэли был бы трусостью?
"Это зависит от нравов и обычаев: у каждой страны и у каждого века свой взгляд на это: когда люди улучшатся и продвинутся в нравственности, они поймут, что истинное дело чести находится поверх земных страстей и что, отнюдь не убивая когото или позволяя убить себя, исправляются ошибки."

Гораздо более величия и подлинной честив том, чтобы признать себя виновным, когда не прав, или простить, когда прав; чтобы презирать оскорбления, кои не могут и не должны нас задевать*.

____________

* Не менее интересны соображения по этому поводу, представленные А. Шопенгауэром в его «Афоризмах житейской мудрости» — книге, каковая должна быть настольной для всякого культурного человека. (И. Р.)

§ 115. Смертная казнь

760. Смертная казнь, исчезнет ли она однажды из человеческого законодательства?
"Смертная казнь в конце концов обязательно исчезнет, и упразднение её ознаменует собой новый этап в прогрессе человечества. Когда люди будут более просвещены, смертная казнь будет полностью упразднена на Земле; у людей больше не будет надобности судить других людей. Я говорю о времени, которое еще пока весьма далеко от вас."

Социальный прогресс, несомненно, оставляет пока что желать лучшего, но было бы несправедливо по отношению к современному обществу не видеть сдвига в лучшую сторону уже в самих ограничениях, каковые налагаются на смертную казнь у наиболее продвинутых народов, и в самом характере преступлений, коими исчерпывается теперь ее применение. И если сравнить гарантии, которыми правосудие у тех же самых народов силится окружить обвиняемого, гуманность, коию оно к нему проявляет тогда. Даже, когда он признан виновным, если сравнить все это с тем, что практиковалось во времена еще не столь далекие, то нельзя не признать, что человечество идет по пути прогресса.

761. Закон самосохранения дает человеку право заботиться о сохранности собственной жизни; так не пользуется ли он этим правом, когда отрезает от общества член, представляющий опасность?
"Есть и иные способы предохранить себя от опасности, как только убить ее носителя. Нужно во всяком случае открыть преступнику дверь для раскаяния, а не закрывать ее для него."

762. Если смертная казнь и сможет быть изгнана из цивилизованных обществ, то не была ли она все же некой необходимостью во времена менее продвинутые?
„«Необходимость» — не то слово; человек всегда считает что-то необходимым, когда не находит ничего лучшего; по мере того как он просвещается знанием, он лучше понимает, что справедливо, а что нет, и отвергает перегибы, совершенные во времена невежества во имя справедливости."

763. Ограничение случаев для применения смертной казни, является ли оно признаком продвижения в цивилизованности?
"Можешь ли ты в этом сомневаться? Разве твой дух не содрогается, читая рассказы о мясной бойне, какую учиняли прежде над людьми во имя справедливости и нередко в честь Божества; о пытках, коим подвергали приговоренного и даже обвиняемого, чтобы вырвать у него в избытке страданий признание в преступлениях, которых он часто и не совершал? Так вот! Живи и ты в то время, ты находил бы все это вполне естественным, и, быть может, будь ты судьей, ты и сам бы вынес такой приговор. Таким именно образом то, что кажется справедливым в одну эпоху, в другую представляется варварским. Одни лишь законы Божеские вечны: человеческие же законы меняются вместе с прогрессом человечества: они изменятся еще, пока не окажутся в гармонии с законами божественными."

764. Иисус сказал: «Кто убивал мечом, от меча и погибнет». Не узаконивают ли и не освящают ли слова эти возмездие по принципу «око за око, зуб за зуб»? и смерть, налагаемая на убийцу, не есть ли она применение этого закона?
"Осторожнее! вы ошиблись в смысле этих слов, как и в смысле многих других. „Око за око" — это справедливость Божья: это Он осуществляет ее. Всякое мгновение вы претерпеваете ее на себе, ибо наказаны вы в том, чем грешите, в этой жизни или в иной; тот, кто причинял страдания ближним, будет в таком положении, что он претерпит на себе все то, что делал над другими: таков смысл этих слов Иисуса; но не сказал ли он вам также: „Прощайте врагам вашим" и разве не учил он вас просить у Бога прощать вам так, как вы сами другим простили, т. е. в той же мере, в какой вы простили: поймите это толком."

765. Что думать о смертной казни, налагаемой от имени Бога?
"Это значит занять место Бога в справедливости. Те, кто поступают так, тем показывают, насколько они на самом деле далеки от того, чтобы понимать Его, и то, что им еще многое предстоит искупить. Смертная казнь есть преступление, когда она налагается от имени Бога, и те, которые делают это, обременяют и пятнают себя этим, как убийствами."