Ссылки


Rambler's Top100

Rambler's Top100

Последние новости

Популярное

Глава 11 мир минералов E-mail

Глава одиннадцатая

Мир минералов, растений и животных


§ 84. Минералы и растения

585. Что вы думаете о разделении природы на три царства или на два класса: существ органических и неорганических? Некоторые выделяют род человеческий в особый мир. Какая из этих квалификаций предпочтительней?
“Они хороши все; все зависит просто от точки зрения. На материальном уровне есть лишь существа органические и существа неорганические; с точки зрения моральной существуют, очевидно, четыре класса, четыре царства.”

Эти четыре класса действительно имеют характеры ярко выраженные, хотя границы их и представляются не очень четкими: неживая материя, образующая царство минералов, содержит в себе лишь механическую силу; растения, состоящие из неживой материи, одарены жизненностью и животные, состоящие из неживой материи, одарены жизненностью, наделены сверх того еще своего рода инстинктивным, ограниченным умом, обладающим сознанием своего существования и своей индивидуальности; человек, имеющий все, чаю есть в растениях и животных, господствует надо всеми другими классами своим особым, неограниченным умом, дающим ему сознание своего будущего, постижение вещей внематериальных и знание о Боге.

586. Имеют ли растения сознание своего существования?
“Нет, они не думают; они обладают лишь органической жизнью.”

587. Ощущают ли растения что-либо? страдают ли они, когда их увечат?
“Растения получают физические впечатления, являющиеся результатом воздействия на материю, но у них нет способности ощущения; как следствие, они не имеют чувства боли.”

588. Сила, притягивающая растения друг к другу, независима ли она от их воли?
“Да, поскольку они не думают. Это механическая сила материи, воздействующая на материю:, они не смогли бы этому воспротивиться.”

589. Некоторые растения, например мимоза и мухоловка, имеют особые движения, которые свидетельствуют о большой чувствительности и, в некоторых случаях, о своего рода воле, как, например, мухоловка, лопасти которой схватывают муху, севшую на ее цветок, чтобы пить нектар; мухоловка словно бы готовит ей западню с тем, чтобы затем убить ее. Одарены ли эти растения способностью мысли? Есть ли у них воля и не составляют ли они промежуточного класса между растительным миром и миром животным? не переход ли они от одного к другому?
“В природе все есть переход*, в силу самого факта, что ни в чем нет подобия и все, тем не менее, остается связанным одно. с другим. Растения не думают и, следовательно, не обладают волей. Устрицы и все зоофиты не наделены мыслью: в них один лишь слепой и естественный инстинкт.”

Человеческий организм являет нам примеры подобных движений, без участия воли, в функциях пищеварения и кровообращения; пилорий (привратник) сжимается при соприкосновении с некоторыми телами, чтобы загородить им проход. То же самое должно происходить и с мимозой, движения которой никоим образом не предполагают необходимость восприятия и еще менее воли.

590. Разве нет у растений, как у животных, инстинкта самосохранения, который побуждает их искать то, что может быть им полезным, и избегать того, что может им повредить?
“Это, если угодно, своего рода инстинкт: все зависит от того, сколь широко вы толкуете это слово: но он чисто механичен. Когда в химической реакции вы наблюдаете соединение двух тел, то это означает, что они соответствуют друг другу, т. е. что между ними есть сродство; но вы не называете это „инстинктом".”

591. В мирах высших природа растений, как и прочих существ, более ли она совершенна?
“Все более совершенно: но растения остаются растениями, как животные всегда остаются животными, а люди — людьми.”


§ 85. Животные и человек

592. Если мы сравним человека и животных по уму то разграничительную линию как будто бы провести трудно, ибо некоторые животные обладают в этом отношении значительным превосходством над некоторыми из людей. Можно ли провести это разграничение с большей точностью?
“По этому поводу меж вашими философами согласия нет: одни хотят, чтобы человек был животным, другие желают, чтобы животное было человеком: и все они неправы; человек — совершенно особое существо, иногда опускающееся весьма низко или могущее подняться очень высоко. В физическом плане человек подобен животным и не так хорошо" одарен, как многие из них; природа дала им все то, что человек вынужден изобретать своим умом для удовлетворения собственйых нужд и самосохранения; тело его разрушается так же, как и тела животных, это правда, но дух его предназначен к своей особой судьбе, которую лишь человек способен понять, потому что лишь он один полностью свободен. Бедные вы люди, опускающиеся ниже скотины! Не^жто вы не знаете, чем от нее отличаетесь? Человека узнаете по мысли о Боге*.”

593. Можно ли сказать, что животные поступают лишь по инстинкту?
“Это еще одна система. Весьма верно то, что инстинкт господствует над большинством животных: но разве ты не видишь среди них тех, которые действуют по вполне определенной воле. Это проявление ума, но он ограничен.”

Помимо инстинкта, некоторые животные, нельзя того отрицать, обнаруживают определенную волю поступать в определенном смысле и в зависимости отобстоятельств, что проявляется в сложных, согласованных действиях, которые они совершают. В них, стало быть, есть определенного рода ум, проявление которого более сосредоточено на средствах удовлетворения их физических нужд и заботах о самосохранении. У них нет никакого творчества, никакого улучшения; каково бы ни было искусство, восхищающее нас в их работах, это то же самое, что они делали прежде и что точно так же делают теперь, ни лучше, ни хуже, согласно постоянным и неизменным формам и пропорциям. Птенец, отделенный от своего вида, вырастая, с тем же успехом строит свое гнездо по той же самой модели, не пройдя для этого никакого обучения. Если некоторые из них и восприимчивы к обучению, получаемому от человека, то их умственное развитие, всегда замкнутое в узких пределах, вызвано человеческим воздействием на податливую натуру, ибо им не свойствен никакой прогресс: и получаемый с помощью человека прогресс призрачен и чисто индивидуален, ибо животное, предоставленное самому себе, не замедлит вернуться в рамки, поставленные ему природой.

594. Есть ли у животных язык?
“Если вы подразумеваете язык, составленный из слов и слогов, то нет: но как средство общения меж ними — да; они говорят друг другу гораздо больше, чем вы полагаете; но их язык, как и их идеи, ограничен их потребностями.”

— Есть животные, лишенные голоса; каков их язык?
“Они понимают друг друга иными средствами. Разве у вас, людей, средством общения служит только слово? А немые, что ты о них скажешь? Животные, будучи взаимосвязаны, имеюГ и средства, чтобы предупреждать друг друга и выражать ощущения, которые они испытывают. Думаешь ли ты, что рыбы не понимают друг друга? Так что человек не наделен исключительной привилегией пользования языком; дело лишь в том, что язык животных инстинктивен и ограничен кругом их потребностей и идей, тогда как язык человека способен к совершенствованию и приноравливается ко всем концепциям его ума.”

Действительно, рыбы, мигрирующие всей массою, как ласточки в стае, подчиняются вожаку, направляющему их, и должны иметь средства для того, чтобы предупреждать и понимать друг друга, друг с другом советоваться. Быть может, они делают это с помощью более острого зрения, позволяющего им различать сигналы, которые они друг другу передают; может быть, вода является проводником, передающим им определенные вибрации. Как бы там ни было, но не подлежит сомнению тот факт, что у них есть средство взаимопонимания, как и у остальных животных, не наделенных голосом, но которые выполняют какие-либо совместные работы. Должно ли после этого удивляться тому, что духи могут сообщаться друг с другом без произнесенных слов? (См. № 282).

595. Есть ли у животных в их действиях свобода воли?
“Они не просто машины, какими вы их считаете; но свобода их воли ограничена их нуждами и не может сравниться с той свободою, которою обладает человек. Будучи значительно ниже его, они имеют и другие обязанности. Их свобода ограничена действиями материальной жизни.”

596. Чем вызвана способность некоторых животных подражать языку человека, и почему способность эта встречается скорее среди птиц, а не среди обезьян, например, строение которых имеет куда больше подобия с человеческим?
“Особое строение голосовых органов, в соединении с инстинктом подражания; обезьяна копирует ,жесты, некоторые птицы подражают голосу.”

597. Поскольку животные наделены умом, сообщающим им некоторую свободу действия, то есть ли в них и некое начало, не зависящее от материи?
“Да, и которое переживает тело.”

— Является ли это начало душой, похожей на душу человека?
“Это тоже некоторая душа, если хотите; все зависит от смысла, придаваемого этому слову, но она весьма значительно уступает душе человека. Между душой животного и душой человека то же расстояние, что и между душой человека и Богом.”

598. Сохраняет ли душа животных после смерти свою индивидуальность и самосознание?
“Свою индивидуальность — да, но сознание своего „я" — нет. Жизнь ума остается в непроявленном состоянии.”

599. Обладает ли душа зверей свободой выбора для того, чтобы воплотиться в то или иное животное?
“Нет; у нее нет свободы воли.”

600. Душа животного, пережившая тело, находится ли она после смерти, как и душа человека, в скитающемся состоянии?
“Это своеобразное скитание, поскольку душа здесь не соединена с телом, но это не блуждающий дух. Блуждающий дух есть существо мыслящее и поступающее в согласии с собственной свободной волей: дух животных не обладает этой способностью; самосознание — это главное свойство духа. Дух животного классифицируется вслед за своей смертью духами, обязанностью которых это является, и почти сразу же используется для дальнейших воплощений; у него нет времени вступить в отношение с другими духовными существами.”

601. Следуют ли животные прогрессивному закону, как и люди?
“Да, поэтому в мирах высших, где люди более развиты, животные также развиты более и имеют белее совершенные средства общения: но по положению они всегда ниже человека и подчинены ему; они его умные слуги.”

В этом нет ничего необычного: предположим, что разумные наши животные — собака, слон, лошадь наделены строением, позволяющим им заниматься ручной работою: чего бы только они ни сделали под руководством человека?

602. Прогрессируют ли животные, как человек, делами своей воли или происходит это силою вещей?
“Силою вещей; поэтому для них нет искупления.”

603. В высших мирах знают ли животные о Боге?
“Нет, человек для них бог, как когда-то духи были богами для людей.”

604. Поскольку животные, пусть даже и усовершенствованные в высших мирах, все ж:е оказываются ниже человека, то из этого следует, что Бог создал разумных существ, навечно предназначенных к тому, чтобы находиться в подчиненном, неполноценном положении, а это представляется противоречащим единству видов и прогресса, проступающему во всех Его делах.
“Все соединяется в природе связями, которых вы еще не можете уловить, и самые, казалось бы, несвязные вещи имеют точки соприкосновения, коие человек в настоящем его состоянии никогда не сможет понять”. Он может прозревать их усилием своего ума, но ум его сможет ясно видеть в творении Божьем лишь тогда, когда он полностью разовьется и освободится от предрассудков гордыни и невежества: до той поры его ограниченные идеи заставляют его видеть все с мелочной и узкой точки зрения. Знайте же, что Бог не может самому себе противоречить и что все в природе гармонизируется общими законами, никогда не отступающими от возвышенной мудрости Создателя.”

— Ум, таким образом, является общим свойством, точкой соприкосновения между душою животных и душой человеческой?
“Да, но животные обладают лишь умом материальной жизни; у человека же ум дает еще и моральную жизнь.”

605. Если принять во внимание все точки соприкосновения, существующие между человеком и животными, то нельзя ли подумать, что человек обладает двумя душами: душой животной и душой духовной, и что, не будь у него этой последней, он мог бы жить лишь как скот; иначе говоря, что животное есть существо подобное человеку, но не наделенное духовной душой. Из этого следовало бы, что хорошие и дурные инстинкты суть последствия преобладания в нем той или иной из этих душ.
“Нет, у человека нет двух душ; но у тела свои инстинкты, являющиеся результатом ощущений их органов. Природа человека двойственна: она животна и духовна; телом своим он связан с природой животных и их инстинктами, своей душою же он связан с природою духов.”

— Таким образом, помимо собственных несовершенств, от которых ему надо освободиться, дух еще должен бороться с влиянием материи?
“Да, чём менее он совершенен, тем сильнее связь между Духом и материей; разве вы не видите этого? Нет, у человека нет двух душ: в каждом отдельном существе лишь одна-единственная душа. Животная душа и душа человеческая отличается одна от другой до такой степени, что душа одного не может оживлять тело, созданное для другого. Но если у человека и нет животной души, помещающей его своими страстями на уровень животных, то у него есть тело, нередко опускающее его до них, ибо тело его есть существо, наделенное жизненностью, имеющее свои неразумные инстинкты, ограниченные заботою самосохранения.”

Дух, воплощаясь в тело человека, привносит в него с собою интеллектуальное и моральное начало, что и возвышает человека над животным. Обе природы, сущие в человеке, питают страсти его из двух разных источников: одни происходят от инстинктов животной природы, другие — от неочищенности самого духа, воплощением коего человек является и который более или. менее симпатизирует грубости животных аппетитов. Очищаясь, дух постепенно освобождается от влияния материи: находясь во власти этого влияния, он приближается к скоту; освободившись же от него, он возвышается до собственного предназначения.

606. Где животные черпают разумное начало, составляющее особое устроение души, коией они наделены?
“Во вселенской разумной стихии.”

— Стало быть, ум человека и ум животных происходят из общего источника?
“Без всякого сомнения, но в человеке он получил особое развитие, каковое поднимает его над уровнем, на котором он одушевляет животное.”

607. Было сказано, что душа человека при возникновении переживает в телесной жизни пору своего детства, что ум ее едва народился и что она примеряется к жизни (См. № 190); где же дух совершает эту первую фазу своего существования?
“В ряде существований, предшествующих периоду, который вы называете „человечеством".”

— Душа, таким образом, представляется разумным началом низших существ творения?
“Разве не сказали мы, что все связуется в природе и стремится к единству? Именно в этих самых существах, о которых в действительности вы знаете так мало, создается разумное начало, мало-помалу индивидуализируется и примеряется к жизни, как мы сказали. Это предварительная работа, подобная прорастай нию у растений, в итоге которой разумное начало претерпейют существенные преобразования и становится духом. Тогда-то и начинается для него человеческий период, а с ним приходит и сознание своего будущего, различие между добром и злом и ответственность за свои поступки: подобно тому как за детством наступает отрочество, затем юность и, наконец, зрелость. В таком происхождении нет, однако, для человека ничего унизительного. Разве великие гении как-то унижены тем, что они были незавершенными зародышами в чреве матери? Если что-то и должно унижать его, так это его недостоинство и нечестие пред Богом, его бессилие проникнуть в глубину замыслов Божьих и постичь мудрость законов, управляющих вселенской гармонией. Узнайте величие Божие по восхитительной гармонии этой, все сплачивающей в природе в единое целое. Верить же, будто бы Бог мог сделать что-либо, не имеющее цели, и создать разумных существ, лишенных грядущего, значило бы хулить доброту Божью, простирающуюся на всех Его созданий.”

— Этот человеческий период, начинается ли он на нашей Земле?
“Земля вовсе не является отправной точкой для первого человеческого воплощения; человеческий период обыкновенно начинается в мирах, иерархически еще более низких; это, однако, не является правилом абсолютным, и может случиться, что какой-либо дух с самого начала своего человеческого этапа был способен жить на Земле. Этот случай не част и был бы скорее исключением.”

608. Обладает ли дух человека после смерти сознанием своих существований, которые предшествовали его человеческому периоду?
“Нет, ибо лишь с этим периодом начинается для него его духовная жизнь, и он едва вспоминает даже о первых своих человеческих существованиях, совершенно так же, как человек не вспоминает более о самых первых временах своего детства и еще менее о времени, которое он провел в утробе матери. Вот почему духи говорят вам, что они не знают, как они начались.” (См. № 78).

609. Дух, раз вступивший в человеческий период существования, сохраняет ли следы того, чем был прежде, т. е. того состояния, в котором он был в период, коий можно было бы назвать „дочеловеческим"?
“Это зависит от того временного расстояния, которое отделяет тот период от прошедшего мига, а также от соверщенного за это время прогресса. В течение нескольких воплощений он еще может иметь некоторое более или менее выраженное отражение изначального состояния, ибо ничто в природе не совершается резким переходом; всегда есть звенья, связующие оконечности цепи существ и событий; но эти следы стираются с развитием свободы воли. Первые успехи совершаются медленно, потому что они пока что не вспомогаются волей; затем прогрессирование/все ускоряется по мере того, как совершенствуется самосознание духа.”

610. Духи, которые сказали, что человек есть в мироздании существо особое, отдельное, стало быть, ошиблись?
“Нет, просто вопрос ваш не получил дальнейшего развития, и есть, впрочем, такие вещи, коие приходят лишь в свое время. Человек действительно особое, отдельное существо, ибо он обладает способностями, отличающими его ото всех прочих, и судьба его совершенно иная. Род человеческий, среди родов всех иных живых созданий, есть тот самый, какой Господь избрал для воплощения существ, могущих познать его.”

§ 86. Метампсихоз (переселение душ)

611. Общность происхождения живых существ в разумном их начале, не является ли она признанием учения о переселении душ?
“Две вещи могут иметь одно и то же происхождение и нисколько не походить одна на другую впоследствии. Кто признал бы дерево, его листья, его цветы и плоды в, бесформенном зародыше, содержащемся в семени, из которого оно вышло? С того мига как разумное начало достигает ступени, необходимой для того, чтобы быть духом и вступить в человеческий период, оно больше не связано со своим изначальным состоянием и не является более душою животного, как дерево не является более семенем. Все, что есть в человеке животного, это его тело, а также страсти, порождаемые влиянием тела и инстинктом самосохранения, присущим материи. Нельзя, стало быть, сказать, что такой-то человек является воплощением духа такого-то животного, и, следовательно, метампсихоз, как его понимают, представление неточное.”

612 Дух, оживляющий тело человека, мог бы он воплотиться в животное?
“Это означало бы регресс, а дух не регрессирует. Река не течет к своему истоку*.” (См. № 118).

613. Как бы ни была ошибочна идея метампсихоза, не является ли она все же результатом интуитивного предчувствия различных существований человека?
“Подобное интуитивное предчувствие обретается в этом веровании, как и во множестве других; но эту интуитивную идею, как и большинство иных своих интуитивных идей, человек исказил.”

Учение о переселении душ было бы истинно, если бы под ним разумелось прогрессирование души от низшего состояния к высшему, когда бы она получала все новое развитие, преобразующее ее природу; но оно ложно, если понимать его в смысле прямого переселения животного в человека (и в особенности обратно — из человека в животное), так как это выражает идею регресса и смешения; между тем, поскольку слияние не может иметь места между физическими. существами двух разных видов, это является признаком того, что они находятся на неуподобляемых уровнях и что то же должно быть и с одушевляющими их духами. Если бы тот же самый дух мог поочередно одушевлять их, то из этого следовала бы тождественность их природы, которая выразилась бы в возможности их материального воспроизводства. Перевоплощение, преподанное духами, основано, напротив того, на восходящем движении природы и на прогрессиро-вании человека в его собственном виде, что не отнимает ничего от его достоинства. Принижает же его единственно дурное употребление, которое он дает своим способностям, полученным им от Бога для того, чтобы он продвигался. Как бы тони было, древность и всеобщность учения метампсихоза, а также то обстоятельство, что виднейшие люди открыто признавали его, подтверждают, что принцип перевоплощения имеет корни свои в самой природе; так что это скорее свидетельства в пользу этого принципа, нежели его опровержение. Исходная точка для духа — это один из тех вопросов, что связаны с началом вещей и лежат в тайне Божьей. Человеку не дано знать их абсолютным образом, ион может строить на этот счет лишь предположения, системы, более или менее вероятные. Сами духи далеки от того, чтобы знать все: о тем же, чего они не знают, они также могут иметь свои личные мнения, в большей или меньшей степени разумные. Так, например, не все одного мнения по поводу отношений, существующих между человеком и животными. По мнению некоторых, дух достигает человеческого периода, лишь развившись и индивидуализировавшись на разных уровнях низших существ творения. Согласно другим, дух человека якобы всегда принадлежал человеческой расе, не проходя чрез волочило животной жизни. Первая из этих систем имеет то преимущество, что она придает цель будущему животных, которые составили бы таким образом первые звенья в цепи мыслящих существ: вторая же более лестна лишь для самого человека и может быть вкратце выражена в следующем.

Различные виды животных вовсе не происходят интеллектуально одни от других путем прогрессирования; так, дух устрицы вовсе не становится последовательно духом рыбы, птицы, четвероногого и обезьяны; каждый вид является типом абсолютным, физически и морально, каждый из индивидов которого черпает во вселенском источнике сумму разумного начала, необходимую ему, в зависимости от совершенства органов и дела, которым он должен заниматься в природном круговороте, сумму, которую он возвращает при своей смерти общей массе. Животные миров более продвинутых, некелинаш (См.№ 188), также являются отдельными видами, приспособленными к нуждам этих миров и к степени продвинутости людей, помощниками которых они являются, и в духовном отношении никак не происходят от земных пород. Но не так обстоит дело с человеком. С физической точки зрения, он, видимо, составляет звено в цепи живых существ; но с точки зрения моральной, между животными и человеком есть значительный перерыв связи; человек обладает собственно душой или духом, искрой Божьей, наделяющей его нравственным чувством и интеллектуальной значимостью, чего недостает животным; в нем это главное 'cущecтвo, предсуществующеетелу и переживающее его, сохраняя свою индивидуальность. Каково происхождение духа? его исходная точка? образуется ли он индивидуализированным разумным началом? Тайна сия такова, что бесполезно пытаться постичь ее, и по отношению к ней, как мы сказали, можно лишь строить различные системы. То, что мы знаем точно и что одновременно подтверждается рассудком и опытом, — это выживание духа, сохранение его индивидуальности после смерти, совершенствование его способностей, его счастливое или несчастное состояние, соразмерное степени его продвинутости по пути добра, а также все нравственные истины, являющиеся последствием этого положения. Что до таинственных связей, существующих между человеком и животными, то это, повторяем, тайна Божия, как и множество иных вещей, и нынешнее наше знание о них ни в коей мере не способствовало бы нашему продвижению, и распространяться о них было бы тщетно.